22:50 

панда боб
В такие дни мать обычно покупала пирог. Она перекладывала его на широкую молочного цвета тарелку, слегка сминала края пальцами, разогревала несколько минут в духовке - чтобы выглядело так, будто она только что сама его приготовила. Будто Рэй ещё не успел оторвать жопу от кровати, а она уже вспомнила и позаботилась о его праздничном завтраке, в этот его праздничный день. Рэй был некудышным сыном, но иногда ему удавалось сыграть правильно - в частности, благодарность за такой щедрый подарок судьбы была вполне в его репертуаре.

Сегодня надеяться на приторно-сладкий запах яблочного пирога не приходилось - и это была первая мысль, отсалютовавшая Персону после пробуждения. Не разлепляя глаз, он бездумно ткнулся носом куда-то вправо, надеясь впечататься в теплое плечо Брэда. К рэевскому неудовлетворению выяснилось, что вторая половина кровати пустовала. Чокнутые морпехи встают с петухами.

Персон лениво перекатился на спину и вперил мутный ото сна взгляд в потолок. Невыносимо хотелось пить, но ещё сильнее хотелось уснуть снова - и проснуться в следующем дне, который не будет таким важным и незначительным в одно и то же время. Новый день, в котором Брэд проснется позже самого Рэя. Или Рэй проснется раньше - относительная математика.

После вчерашней текилы во рту оставался мерзкий кислый привкус. Рэю подумалось, что его рот зачастую не имеет ничего общего со своим хозяином. Ну, в смысле, вот он, Персон, уже проснулся в день своего рождения, готовый к праздничным вымпелам и прочей херне вроде материнских поздравлений по телефону, а его пасть, с двумя широкими рядами зубов, все ещё во вчерашнем вечере, с выпивкой и дурными последствиями.
В детстве он мог сожрать полтюбика зубной пасты (банановую и клубничную, ментоловая обычно служила по назначению).

А ещё в детстве он просыпался в свой день рождения с предчувствием чего-то невероятно охуенного. Даже если он знал наверняка, что ничего интересного в этот день не случится - это ощущение наполняло до самого костного мозга, ненавязчиво, но приятно. Говорят, такое у всех, но с возрастом это проходит. Странно, что у Рэя не прошло.

Брэду он так и не сказал. Не из ложной скромности (Рэй и скромность, ну конечно), а просто потому, что в принципе имел привычку вспоминать о своем празднике непосредственно в день этого праздника. В этот раз Персон спохватился накануне - вчера вечером - но не смог подгадать удобного случая. Полдня Колберт провел у океана, а когда вернулся, они предались совместному дебоширству, и тут уж этот незначительный фактик умудрился затеряться в двух литрах переведенной текилы и гладко выстеленных брэдовских простынях.

Рэй подумал, что скажет Брэду сегодня. В конце концов, день рождения - его любимый праздник (да, собственно, и единственно признанный), к тому же информация подобного рода достойна получателя.

Персон ещё раз перекатился на кровати и сполз с неё, проскользив на брюхе. В выдрессированной военным порядком комнате Брэда в одиночку Рэю всегда становилось неуютно, поэтому он торопился перебраться в ванную как можно скорее. Там его каждый раз, словно верная жена, дожидалась широкая ванна с высокими бортиками. После постоянно барахлящего душа метр на метр, который стоял у них в трейлере, подобное казалось роскошью. Рэй мог проторчать там с пару часов - и Брэд любезно закрывал на это глаза.

Когда Рэй выбрался из воды, было около двенадцати. Он умудрился намочить коврик, пока вылезал, поэтому ногам было сыро и неприятно, но Персон всё равно задержался перед зеркалом. Вчера он снова где-то проебал свою зубную щетку, поэтому зубы пришлось чистить пальцем - отчего вся морда у него была в белых пузырях, периодически стекающих по подбородку. Рэй смыл всё это дело под тихое мычание "Happy birthday, Mr President" и задержался у зеркала ещё не секунду, скептично осматривая небритую физиономию.

- Что-то ты не выглядишь старше, парень, - поделился он со своим отражением.
Заранее сваленная в углу груда одежды перекочевала на все ещё влажные плечи и бедра. Футболка тут же прилипла к спине, бесформенные шорты повисли на выпирающих костях.

Брэд должен был вернуться через час или около того - если океан был достаточно послушным сегодня. Обычно он приезжал к ланчу (у Рэя это был завтрак). Персон успевал приготовить две порции бекона на шваркающей маслом сковороде, поджарить тосты, яичницу и ещё какую-нибудь херню, потому что довольствоваться малым Колберт предпочитал преимущественно на войне, а во все остальное время расправлялся с едой так, будто это был последний шанс набить желудок.

Уже спускаясь по лестнице, Рэй услышал какой-то шорох на кухне. Он слетел вниз, опираясь в большей степени на перила, и завернул в кухню.
- Нихуя себе, кто здесь, - протянул Персон, разглядывая расслабленную спину Колберта.
Тот не обернулся, но Рэй и без того смог распознать усмешку в его голосе.
- Именно. И, в отличии от одного тощего присосавшегося паразита, я действительно здесь живу.
- Я привношу в этот дом уют, чтоб ты знал, - беззаботно парировал Персон, залезая на один из стульев возле барной стойки. - По-моему, тебе бы даже не мешало платить мне за это.
- За разъебанные диваны, разбросанные носки и непонятные следы на коврах?
- Это блинчики? - слегка приподнимаясь на стуле, спросил Рэй, стараясь заглянуть Колберту за плечо. - А джем есть?
- Черничный, - сосредоточенно оповестил Брэд, переворачивая содержимое сковородки.
- Ооо, идеально. Погоди-ка, а с хера ли такая милость?
Колберт, наконец-то, обернулся. С лопаткой для блинчиков он выглядел весьма по-домашнему.
- Угадай с первого раза, а, - мужчина невесомо улыбнулся и кивнул в сторону стола.
Рэй проследил за взглядом Брэда и обнаружил на отполированной до блеска столешнице узкую черную коробочку. Персон вскочил на ноги и в два шага сократил дистанцию. Возле коробочки, больше напоминающей одну из тех, в которых дарят обручальное кольцо или набор из цепочки и серьг, лежала однотонная квадратная открытка.
- Ну ты и пидарас, Айсмен - пропел Рэй, стараясь скрыть удивление от внезапного подарка.
Первой он ухватил открытку. На обложке была напечатана весьма скромная надпись известного содержания, просто и со вкусом: "С днем рождения".
"Не проеби" - гласили небрежно вычерченные буквы на внутренней стороне. Очевидно, речь шла о содержимом подарочной упаковки, и Рэй всерьёз насторожился, не окажется ли там какая-нибудь богомерзкая гомосятская хуйня, которая заставит его прочувствовать всю неловкость момента.
Отложив открытку, Персон взял в руки коробочку. Он ощущал на себе взгляд Колберта и уже приготовился изобразить радостную рожу, что бы ни оказалось внутри. Однако то, что Рэй там обнаружил, игры на публику не требовало.
- Это твой жетон, - как-то растерянно произнес он, разглядывая поцарапанную пластинку с мелкими буквами.
- Я бы выбрал что-нибудь покруче, но ты трепешься о важном только спьяну, поэтому у меня не было времени, - объяснил Брэд.
Персон поднял на него недоумевающую физиономию.
- Ты подарил мне свой жетон?
- Типа того.
Повисла пауза. Брэд наблюдал за Рэем, пытаясь понять его реакцию, но минуты затишья с Персоном приключались крайне редко, поэтому даже зоркий глаз морпеха не смог привести Колберта к каким-нибудь умозаключениям.
- Если не нравится, выберем что-нибудь другое. А жетон можешь мне отдать.
- Херушки, - захлопнув коробку и буквально с детским собственничеством прижав её к груди, объявил Рэй.
Брэд облегченно выдохнул. Вот же кретин малолетний.
- Значит, понравилось?
- У тебя вон блины горят, - Персон широко улыбнулся и снова открыл коробку. - Блядь, это же настоящий жетон морпеха! Сквозь Ирак и Афганистан на твоей потной волосатой груди.
- Охуеть романтика.
- Ооой, завались.
Рэй подошел к тостеру, вытащил жетон за цепочку и тут же натянул оную на свою тощую шею. Отражение в тостере напоминало эффект рыбьего глаза - но Рэй остался доволен. Ещё минут пятнадцать он вертелся перед тостером, теребя подарок пальцами; померил его на руку, обмотав почти трижды вокруг запястья, затем вернул обратно на шею. Абсолютно идиотская (а когда-нибудь были другие?) улыбка никак не слезала с губ, однако Персон молчал - не потому, что ему нечего было сказать, а потому, что сказать хотелось неприлично много.
- Садись ешь уже.
- Ща-ща, погоди, - бросив последний взгляд на отражение в тостере, Рэй послушно уселся за стол. - Ты такая мамочка в этом фартуке. Двухметровая мужеподобная мамочка с сорок четвёртым размером ноги. Если б ты был телочкой, я бы тебя не завалил, чувак, серьёзно...
- Если бы я был телочкой, я бы тебе никогда не дал, - Брэд приземлил возле именинника тарелку с приличной стопкой блинчиков. - Ешь, сын. А после завтрака мы поедем в Диснейленд, и я даже разрешу тебе прокатиться на американских горках. Ты теперь большой мальчик.
Рэй ухмыльнулся, в двадцатый раз теребя пальцами жетон.
Через пару лет он и не вспомнит, каким образом выработал эту привычку, но это станет такой же неотъемлемой частью Рэя Персона, как болтовня и попсовые песенки.
запись создана: 22.03.2012 в 22:45

@темы: brad/ray, finished, generation Kill

URL
   

fire on the mountains, run, boys, run

главная